Мама, мы не одни. Рассказы - Сергей Семенов

Прошел, примерно, час, после того, как его мать с Элей ушла. Делать было нечего и в конечном итоге, Сергей решил присоединиться к ним. Переодевшись и захватив ключи от дома, Сергей направился в соседний двор, где жила Татьяна. Был жаркий полдень. Зайдя в подъезд и поднявшись на второй этаж, Сергей позвонил в дверь. Ему открыл Сергей, муж Татьяны.

– О, Серенький, проходи – сказал тот, протягивая ему свою ладонь. Чуть слышно поздоровавшись, Сергей, скрывая свое недовольство и презрение к этому человеку, прошел в комнату.

– Вот теперь чувствуется, что ты – настоящий, южный парень, что согласился с нами на море пойти, а то сидишь, понимаешь, целыми днями у себя в «будке» – шутливо произнес Сергей.

– О, неужели пришел? – произнесла Ирина.

– Ну, а ты как думала?, у тебя сын настоящим, южным парнем оказался – продолжая сыпать шутками, добавил Сергей.

– Молодец! – произнесла Эля, обрадовавшись его приходу.

****

«Этот момент из своей жизни я до сих пор вспоминаю с презрением. И лишь тот факт, что Эля обрадовалась моему приходу, немного остужал эту ненависть, которую я испытывал по отношению к маминым приятелям».

****

– Проходи, Серенький, садись – сказал Сергей и он прошел и сел на диван рядом с Элей. Татьяна вышла из кухни и спросила:

– Все пляжные принадлежности собраны?

– Вроде, все, тебя одну ждем – ответил Сергей.

– А главный ингредиент пляжный забыл?

– Понял, бегу в магазин! – отчеканил Сергей и взяв пакет, скрылся за дверью. В этот момент у Сергея пропало всякое желание идти на пляж и взглянув на мать, он произнес:

– Я, пожалуй, тоже побежал.

– Не поняла, ты ведь, согласился – произнесла Ирина.

– Раздумал.

– Почему?

– Дома объясню.

– Ну, ладно, раз так, иди – попрощавшись с Татьяной, Сергей стал собираться домой. Он даже был удивлен, что Ирина не стала его, как обычно, уговаривать. Сейчас последней задачей для него было, это не столкнуться с Сергеем, который пошел в магазин.

«Чертов клоун, ведет себя, как пацан», думал Сергей про Татьяниного мужа, когда покидал их дом.

Вернувшись домой, Сергей разулся и пройдя в комнату, присел на диван. Негативное состояние постепенно проходило, уступая место покою. Это, действительно, было так. Сергей наслаждался тихой, спокойной атмосферой, которая царила в его квартире. И эта атмосфера держалась до самого вечера.

Сергей взглянул на часы. Было девять часов вечера.

«Господи, где можно столько времени ползать?», подумал Сергей и оторвавшись от экрана телевизора, откинулся на спинку кресла, закатив глаза. Вдруг, в его голове появилась ясная, цветная картинка. Волны моря выносят на берег тельце… Эли.

Словно, придя в себя, Сергей содрогнулся всем телом и выпучив глаза, подумал:

«Господи, вот и мысли разные полезли». Встав с кресла, он вышел на балкон и закурил. На улице подул холодный ветер, деревья протестуя, зашумели своей листвой. Тем временем, холодный порыв лишь, усилился, где-то вдали прогремел гром. Выбросив окурок, Сергей вернулся в комнату и вновь сел перед телевизором. Вскоре он почувствовал, как в него, словно, змея, вползает тревога. Он взглянул на часы. Десять часов вечера.

«Спокойствие, только спокойствие», успокаивая себя, процитировал он фразу известного мультипликационного героя и вновь откинулся на спинку кресла. И вновь в его голове появилась эта ужасная, цветная картинка. Волны моря накатывают на каменистый берег и выносят на сушу тельце Эли.

«Да, что-же это такое?», не на шутку встревожился Сергей и вновь бросил взгляд на часы. Пятнадцать минут одиннадцатого. Раньше в это время Эля давно уже была в постели, а сейчас… Встав с кресла и выключив телевизор, Сергей решил, что надо собираться и идти им на встречу. В крайнем случае, если он не встретит их на пляже, он может заглянуть к Татьяне, возможно, они вновь зашли к ней, решил Сергей и пошел в свою комнату одеваться. Дойти до комнаты Сергей не успел. Противный, затяжной звонок в дверь, словно, молния, сотряс его тело. Он поспешил в коридор и открыл дверь. Первое, что на него нашло, это бешеное сердцебиение. Ирина сама не своя держала на руках бесчувственную Элю.

– Что случилось? – только и смог произнести Сергей.

– Отойди! – не своим голосом произнесла Ирина и вбежав в комнату, положила Элю на диван и склонившись над ней, похлопывая ее по щекам, то и дело, приговаривала:

– Элечка, ну, скажи хоть что-нибудь, миленькая – Ирина зарыдав, уронила голову ей на грудь. На негнущихся ногах Сергей подошел и спросил:

– Ради Бога, скажи, что случилось?

– Я на минуту только отошла, проводить Таню с Сергеем с пляжа, возвращаюсь и вижу, ее тельце, как сдувшийся шарик, Элечка, очнись, моя хорошая, Элечка! – продолжая сотрясать тело Эли, прокричала Ирина: – Господи, за что?! – Сергей в своих мыслях тоже молил Бога лишь об одном. Он хотел, чтоб все происходящее оказалось лишь кошмарным сном. Ирина медленно встала с дивана и плача, пошла в коридор. Сергей занял ее место и глядя на посиневшие губы Эли, провел рукой по ее еще влажным волосам. Он приложил ухо к ее груди, но, никаких признаков жизни не обнаружил. Сергей почувствовал, как слезы подступают к его глазам, он взял ручки Эли в свои и в этот момент он отдал бы все на свете, чтоб Эля открыла глазки и улыбнулась ему своей улыбкой, которую он никогда не забудет. Но, увы, Эля навсегда уснула, Сергей склонился над ней, ощущая запах морской воды от ее волос. Со стороны любой-бы решил, что этот молодой человек, старший брат, который оплакивает свою сестренку и никому-бы и в голову не пришло, что молодой парень и маленькая девочка вовсе не являются родными. Он не заметил, как Ирина подошла к нему сзади и обняла его за плечи. Сергей вздрогнул и взглянул на мать. Вид у нее был такой, что Сергей не испытывал к ней презрения за ее ужасную халатность, он испытывал только жалость. Сказать ей он ничего не мог. Ирина сказала сама:

– Все, Сережа, это конец – и добавила едва слышно: – я вызвала 02 и 03 – и только она успела произнести эти слова, как под их окнами раздался шум моторов двух машин.

****

«Ужас этого рокового вечера, я думал, для меня никогда не закончится. В квартиру вошли двое сотрудников милиции, а следом за ними врачи „скорой“, которым ничего не оставалось, как зафиксировать смерть Эли. Я был в полнейшем шоке и даже не помню, какие вопросы мне задавали сотрудники милиции. Единственное, что помню, это их пронизывающий, сверлящий взгляд, словно, это я был виновником преступления. И еще я помню слова матери, которые она сказала мне на прощание и которые вывели меня из состояния шока».

****

Элю положили на носилки и полностью накрыли простыней и вынесли к машине «скорой». Двое милиционеров взяли Ирину под руки и перед тем, как идти, она оглянулась на Сергея и сказала:

– Сынок, ты остаешься один, умоляю, не падай духом, держись, если возникнут трудности, всегда обращайся к своей тете, она всегда поможет, ты знаешь, сынок, прости… – Ирина зарыдала и милиционеры вежливыми жестами направили ее к выходу из квартиры. Дверь закрылась и воцарилась тишина. Сергей рухнул в кресло и закрыл глаза.

В зале судебного заседания была тишина, нарушаемая лишь покашливанием присутствующих. За столом, рядом с прокурором сидела Ирина Пахомова, бабушка Эли. Сергей даже боялся взглянуть в ее сторону, он прекрасно понимал, что она сейчас испытывает по отношению к его семье. Наконец, в зал вернулся судья и секретарь сказала:

– Прошу всех встать, суд идет! – Сергей встал, чувствуя, как дрожат его колени. Открыв папку, судья заговорил:

– Рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело Смирновой Ирины Петровны, суд постановил, назначить ей наказание в виде четырех лет лишения свободы в колонии общего режима, прошу садиться.

– Так тебе и надо, убийца, дрянь! – не выдержав, закричала бабушка Эли. Судья застучал молотком, призывая к порядку. Ирина села, закрыв лицо ладонями и содрогалась от рыданий. Сергей хотел лишь одного, чтоб все это, как можно, скорее закончилось.

****

«Больше всего на свете я боялся лишь одной вещи – одиночества. Конечно, я знал, что оно когда-нибудь наступит для меня, но я представить себе не мог, что оно наступит так скоро и на четыре года заберет у меня мать и заставит жить по своим законам. На первых порах мне действительно, помогала моя тетя, в основном, это касалось бумажной волокиты, когда приходили счета за квартиру, за свет и т. д. Но, со временем я сам стал разбираться в этих платежах и оплачивал все сам. Заведующая библиотекой, в которой я работал, тоже не осталась в стороне, поддерживала меня, как могла и морально и физически. Не представляю, что-бы я делал без нее. Время неумолимо шло себе вперед, я и не заметил, как со временем вписался в эту непривычную для меня жизнь. Но, что-то на душе все-равно было не так. Я чувствовал, как кто-то, или, что-то зовет меня. Я пытался понять, чего мне не хватает и вскоре понял. Мне нужно было сходить на кладбище».